イリーナ・ホロシュノヴァの日記 9月30日
1941年9月30日
私たちはまだ、ユダヤ人がどうされたのか知らなかった。恐ろしい噂がルキヤノフスキイ墓地から流れてきた。しかし、今もその噂を信じることはできない。ユダヤ人が銃殺されているというのだ。ユダヤ人が出頭を命じられた地点まで引率した人たちの目撃によると、ユダヤ人たちは皆、ドイツ軍兵士の隊列の間を通り抜け、持ち物を全て放棄させられた。ユダヤ人たち本人はドイツ兵からさらに先へ追いやられていたという。昨日、スクリンスキイ家のおばあさんが亡くなった。棺の入手や埋葬の許可に奔走していた。そして、ひどく苦労して棺を手に入れたのは今日になってやっとだった。というのは昨日と今日、ユダヤ人の集団自殺があり、街の司令官が、その人たちを一番に埋葬するように指令したらしい。昨日、スクリンスキイ一家はルキヤノフスキイ墓地へ行ってきた(バイコフ墓地で埋葬することはドイツ兵が禁じていた)。墓地までは通常の道からたどり着けなかった。その道は全てユダヤ人ばかりで、ドイツ兵に囲まれている。墓地へ行くためには刑務所の脇を過ぎていくのだ。そこの塀は破られており、あちら側から死人を運んできている。あちら側のロシア人墓地は静かだ。家族の人たちがロシア墓地にいると、ユダヤ人墓地の方から絶え間ない機関銃の暴発音が聞こえていた。
ユダヤ人は機関銃で一人残らず撃ち殺されたという者がいる。別の者は、ユダヤ人のために16部隊が組まれ、そこに送り込まれるだろうと言う。その部隊はどこ? 誰も答えられない。分かっているのは、ユダヤ人は書類も物資も食料も全て奪われるということだ。その後バービイ・ヤールへ送られ、そこで…。分からない。そこで何があるのか。分かっているのは一つ、何かこの世のものならぬ、恐ろしい、想像もつかない、理解することも認めることも説明することもできない、何かが起こっているということだ。
30 сентября 1941 г.
Мы все еще не знаем, что сделали с евреями. Страшные слухи доносятся с Лукьяновского кладбища. Но до сих пор невозможно им верить. Говорят, что евреев расстреливают. Те, кто провожал их до пункта, куда было приказано явиться, видели, что все евреи проходят сквозь строй немецких солдат, бросают все вещи, а их самих гонят немцы дальше.
Вчера умерла старуха Скринская. Бегали за гробом, за разрешением хоронить. И с большим трудом гроб достали только сегодня, потому что вчера и сегодня массовые случаи самоубийств евреев, и есть якобы приказ коменданта города их в первую очередь хоронить.
Вчера же Скринские ходили на Лукьяновское кладбище (на Байковом немцы запрещают хоронить). Дойти до кладбища обычным путем нельзя. Вся дорога запружена евреями, окруженными немецкими солдатами. А на кладбище идут мимо тюрьмы. Там пробили дыру в заборе и носят покойников с той стороны. Там, с другой стороны русского кладбища, тихо. Когда были там, они слышали беспрерывную пулеметную стрельбу со стороны еврейского кладбища.
Одни говорят, что евреев расстреливают из пулеметов, расстреливают поголовно. Другие говорят, что для них приготовили шестнадцать эшелонов и будут отправлять. Куда? Никто не может ответить. Наверное известно одно: у них забирают все документы, вещи, продукты. Потом гонят к Бабьему Яру и там… Не знаю, что там. Одно знаю — происходит что-то ужасное, страшное, что-то невообразимое, чего нельзя ни понять, ни осознать, ни объяснить.
(イリーナ・ホロシュノヴァИрина Хорошунова 「戦争一年目」"ПЕРВЫЙ ГОД ВОЙНЫ"より)
